Ангелы и демоны «устричного пирата»

«Начало кладет отпечаток на всякое явление», — так считал мудрец Аристотель. Когда начинается земная жизнь человека? Сейчас ученые полагают, что еще до рождения; впрочем, так считали и древние мыслители. Само зачатие – уже начало жизни. И этот момент определяет, что случится с человеком в жизни, какова будет его личность и его судьба, с какими силами, добрыми или злыми, ему предстоит встретиться на пути. Джек Лондон был зачат и выношен при самых странных и драматических обстоятельствах, которые только можно себе представить. Его будущая мать, Флора Веллман, была спириткой и медиумом. Она уверяла, что находится в постоянной связи с неким индейским вождем, который всегда рядом с ней, всегда говорит с ней и прозорливо дает ответы на вопросы страждущих. Для 19 века Флора вела необычайно свободный образ жизни, а избранником ее сердца был астролог, профессор Уильям Чейни, прославившийся на всю Америку своими точными гороскопами. По слухам, он специально выбрал день для зачатия сына, руководствуясь астрологическими таблицами – и все получилось! Но что получилось потом, не поддается разумному объяснению. Флора объявила о своей беременности. Уважаемый профессор-астролог вдруг решил, что это не его ребенок. Не его дитя – и все тут. Может быть, индейский вождь виноват? И астролог принялся требовать, чтобы Флора избавилась от ребенка. Немедленно! Флора хотела застрелиться; но лишь ранила себя. Она действительно в себя выстрелила, чтобы свести счеты с жизнью – такова была ее натура. И разразился страшный скандал. Профессор Чейни потерял свою репутацию. А Флора родила мальчика, назвала его Джоном и оставила на попечении своей бывшей рабыни Вирджинии. И в судьбе ребенка началась явная и могучая борьба доброго и злого начала, света и тьмы, счастья и несчастья. Он был рожден благодаря мистическим таблицам. Его мать была профессиональным медиумом. Он вдруг стал не нужен предполагаемому отцу; а мать хотела убить и его, и себя. Но именно так сохранила ему жизнь. Большое счастье любви; большое несчастье отвержения. Впрочем, так и осталось неизвестным – чей же он был сын? Впоследствии Джек писал профессору Чейни, спрашивал об отцовстве. Бояться было нечего, к тому времени Джек жил самостоятельно и не стал бы обузой для старого и обедневшего астролога. Но профессор Чейни твердо заявил: он не отец Джека. И стоял на своем до самой смерти. Так что все возможно. А узнать что-то у странной матери-медиума не представлялось возможным; ее слова были туманны и загадочны, как у всех медиумов… На опозоренной Флоре женился прекрасный человек, ветеран войны, Джон Гриффитс Лондон. Хотя после скандала с незаконнорожденным ребенком прошло всего восемь месяцев. И достойный человек взял младенца в дом; его дочь стала самым близким человеком для маленького Джека. Она была его поддержкой и опорой в жизни, его ангелом-хранителем. И отчим полюбил мальчика, учил ловить рыбу, хозяйствовать, добывать пропитание в лесу, стрелять… А мама-спиритка использовала ребенка в своих спиритических сеансах – через Джека к заказчикам обращались их умершие родственники. Пятилетний крошка зарабатывал спиритизмом и некоромантией. Он жил словно в

двух мирах: в живом, нормальном, населенном живыми людьми, добывающими себе хлеб насущный. Где были море, лес, дома, дороги; где ценился каждый цент, заработанный тяжелым трудом. Уже и сам Джек стал промышлять ловлей устриц. Он нарушал законы, он убегал от морских патрулей, но он мог кормить семью, жившую в бедности. И одновременно он жил в загадочном мире, где появлялись тени умерших, струилась эктоплазма, планшетка крутилась на столе и звучали голоса духов… И духи шептали что-то мальчику, то ли наставляли его, то ли заманивали – так трудно разобраться в том, что говорят невидимые и бестелесные сущности! И всю жизнь Джек колебался между мирами. Попытки хорошо заработать физическим трудом оказались безуспешными. Его бедность послужила причиной разрыва с возлюбленной. Родные Мейбл Эпплгарт пришли в ужас от мысли, что этот бедный работяга, «устричный пират», может стать членом их аристократической семьи. А это была истинная любовь; может быть, единственная настоящая любовь за всю жизнь Джека Лондона. Он был раздавлен, потрясен, унижен. Его сердце было разбито. Но он сделал важный вывод – физическим трудом денег не заработать. Он ловил рыбу и устриц, он пытался искать золото на Аляске, он работал на фабрике – и тяжелый земной труд не принес дохода. Не позволил выбиться из нищеты. Джек решил стать писателем. И на бумаге создавать свой мир, продавать свою фантазию, свои впечатления, свой опыт. Талант молодого человека заметили сразу. Он получал заказы на целые циклы историй. Его имя стало известным всем! И вскоре Джек Лондон стал самым высокооплачиваемым писателем Америки. Он добился, он достиг, добрая Фортуна сопутствовала ему. Романы и рассказы из жизни охотников, рыбаков, золотоискателей пользовались громадной популярностью. И молодой писатель разбогател, прославился, стал всеми любим и обласкан. Теперь он звезда! И с необычайно работоспособностью Джек пишет книгу за книгой; он работает по 15-17 часов в день. Он купается в роскоши – он победил злую судьбу! Но судьбу нельзя побеждать, к ней надо прислушиваться. Как когда-то маленький медиум Джек прислушивался к голосами духов. К голосу таинственного индейского вождя, который покровительствовал Флоре; может быть, он был отцом Джека? Теперь он слушал только себя; и других учил тому же. Только на себя может положиться человек, да на верных товарищей! Вся сила, вся воля – они в самом человеке, и прочь все мистическую заумь! Джек имел две мечты теперь: построить огромный дом для верных товарищей, для друзей, с которыми столкнула его бродячая и вольная жизнь. И родить сына. Желание иметь сына стало навязчивым, стало походить на одержимость; возможно, подсознательно в этом нерожденном ребенке писатель видел себя. И создавал богатство и роскошь для будущего наследника, в котором часть его «Я», его личности. Этот мальчик будет жить иначе! Он будет иметь нормальную мать, любящего и сильного отца, который сможет его защитить от тягот жизни… Но сына писателю не суждено было иметь. Родились дочери от первого брака, девочка от второго брака умерла маленькой. Долгожданный сын не появлялся, и это было предупреждением судьбы, ее ответом – не все зависит от воли человека. Не всего может человек достичь, как бы ни старался. И надо судьбу понимать и принимать, радуясь ее подаркам, не требуя того, что не дается. Бороться с роком нельзя, это знал Царь Эдип. Можно только прогневать его, как вавилоняне, строители башни…

Физическое здоровье, работоспособность, талант Джека Лондона восхищали. Он писал книгу за книгой; деньги текли рекой. Но это только казалось так. Деньги зарабатывались тяжким умственным трудом, который истощает человека быстрее, чем физический. А Джек принялся строить грандиозный «Дом Волка» в своем поместье. Циклопических размеров здание с 26 комнатами для гостей, 9 каминами, ванными, оборудованными по последнему слову техники… Он не обращал внимания на знаки, которые посылала ему судьба. Умные и прозорливые писатели часто не видят обращенной лично к ним надписи на стене… Джек Лондон решил разводить свиней; он хотел стать трудолюбивым фермером, создать образцовое хозяйство помимо писательского занятия. Он построил для свиней каменный дворец и оборудовал по последнему слову техники. Свиньи заболели и умерли – они не могут жить в камне, на то они и свиньи. Для них строятся деревянные простые загончики, им этого довольно для счастья и размножения. Джек Лондон завел лошадей – но мохноногая порода оказалась неприспособленной к местности. Лошади тоже погибли. Погиб и бык, он запутался в проволоке, которой был обнесен загон. Новомодная проволока оказалась опаснее простого деревянного заборчика. А в Доме Волка, как назвал писатель свой дворец, поселился ужасный сброд: бродячие философы, поэты, сомнительные странники, потерявшие работу рабочие… Друзья Джека с ужасом покидали его поместье, недолго прогостив; атмосфера в Доме Волка напоминала сумасшедший дом напополам с каторжной тюрьмой. А сам писатель убивал себя работой – надо было отдавать кредиты, которые он набрал в банках под свои будущие романы и сценарии. Вся затея с поместьем обошлась в баснословные деньги, но словно темная сила толкала Джека Лондона убивать себя непомерной работой. Он заболел. Его мучила боль в почках. Он располнел от неправильного образа жизни и от пьянства – приходилось подстегивать себя огромными дозами спиртного. Он употреблял сильнодействующие препараты; тогда их с легкостью прописывали даже детям. И уже ничего не мог придумать нового. Тайно пришлось купить сюжет для романа у начинающего писателя, вот до чего дошло дело. Джек Лондон совсем оторвался от целебной земной стихии, хотя вроде бы жил на ранчо. Но его окружение в Доме Волка все больше напоминало инфернальное окружение матери: полусумасшедшие «философы», ненормальные бродяги, сомнительные друзья, которые за спиной откровенно говорили друг другу: «надо жить на денежки Джека!»… А Джек это услышал, но уже ничего нельзя было сделать – он втянулся в конвейер. С ним случилось то, чего он больше всего боялся – он стал рабом. Только не физического труда, а умственного. Толстый, пьяный, больной он надиктовывал страницу за страницей своей второй жене Чармиан. Он уже не мог писать, не успевал, вот и пользовался новинкой техники. А потом Дом Волка сгорел. И, по мнению следователей, это был поджог. Громадный дом подожгли изнутри, в нескольких местах. И напрасно подозревали посторонних бродяг и врагов, прокравшихся в дом, — их и в самом доме было предостаточно. Словно персонажи фильма про «ходячих», они заселили и дом, и ранчо, и сознание Джека. И ели его, пожирали. Нельзя строить для свиней каменный дворец!, — но Джек не понял намека. Свиньи растопчут бисер!, — но и эти слова Джек позабыл… И он метался по пепелищу, кричал: «Мы построим дом еще лучше!», — и даже начал строить. Но энергия жизни неумолимо уходила. Он пил. Он не мог спать. Его терзали мучительные

боли и удушье. И однажды ночью сорокалетний писатель решил покончить со всем этим. Он рассчитал на бумажке смертельную дозу препарата и принял ее. Его рождение на свет было связано с покушением на самоубийство. Лучше смерть, чем позор. Его уход из жизни был таким же. Ночью так ясно видны все заблуждения, ошибки, бессмысленность борьбы… И писатель, прославлявший личное мужество и волю, поддался роковому искушению. Чтобы бороться, нужны силы; а силы оказались исчерпанными вот этой самой неукротимой волей, невыносимой работой, мужеством. Иногда надо уметь смиряться и принимать, как он принимал когда-то удары судьбы и повороты Колеса Фортуны. Но он разучился. Иногда сила и мужество тоже могут погубить человека, забывшего о власти судьбы. Тяжелобольной умирающий Ленин просил, чтобы ему читали Джека Лондона. Мужественные, энергичные, суровые рассказы о суровых сильных людях, которые победили судьбу. Выиграли схватку с Роком… Но древние мудрецы знали: иногда сила – в смирении и принятии. Не все желания исполняются. Не все сильные поступки приводят к успеху. Не всегда можно получить все, что ты хочешь. Даже сына. Которого у Ленина тоже не было. И сильнее всего рок преследует тех, кто считает себя центром мироздания; кто полагает, что полностью властен над своей судьбой; тех, кто решит строить башню до самого неба, чтобы разговаривать с богами. И иногда в мирной хижине больше покоя и счастья, чем в Доме Волка или Кремлевском Дворце…

 

© Анна Кирьянова 2016