Неравный брак живописца Брюллова

…С детства так грустно было смотреть на картину «Неравный брак». Вот злой старик; он женится на молоденькой невинной девушке, которая покорно и печально смирилась со своей участью. Вероятно, замуж ее выдали алчные родные – из-за богатства злого старика. И в толпе гостей художник Пукирев изобразил самого себя в роли шафера – он был возлюбленным девушки, но он был беден, так что пришлось смириться с трагическим браком. Будь проклято общество, где юных девушек выдают за стариков из-за денег, разлучая с пылкими возлюбленными, ломая жизнь! Все понятно. На самом деле, понятно далеко не все. И сами художники не любили, когда их картины трактовали слишком просто и примитивно – здесь добро, здесь зло, вот кроткая овечка, вот зловещий садист-старик… Хотя именно так говорили в обществе о другом живописце – о великом Карле Брюллове после его разрыва с молодой женой. И свадьба проходила похоже по настроению. Только венчались молодые в лютеранской церкви. Остальное было внешне похоже: жениху Карлу было почти сорок. Пожилой человек по тем временам, поживший, поистаскавшийся в многочисленных романах, любитель выпить, слегка неуравновешенный, глухой на одно ухо… Это отец в детстве ударил маленького Карлушу так, что ребенок оглох на всю жизнь. До пяти лет Карл не мог ходить, болел рахитом, так что его сажали в кучу нагретого солнцем песка на целый день – тогда это считалось целительным средством. А папа-скульптор учил слабенького сына искусству. Ноги не ходят, но руки-то работают! Так что до завтрака мальчик был должен нарисовать много: двадцать лошадок или человечков в разных позах. Иначе никакого завтрака. А также обеда и ужина! Роковую оплеуху отец вообще влепил маленькому сыну ни за что: разъярился на что-то и, пробегая мимо, подскочил с ребенку и ударил. И сделал инвалидом на всю жизнь; проблемы с ногами прошли со временем, а слышать на одно ухо Брюллов перестал навсегда. Хотя к отцу сохранил добрые чувства и очень был благодарен за обучение живописи и рисунку. Брюллов и сам унаследовал вспыльчивость, которая еще сыграет в его жизни роковую роль. Может, поэтому и не таил зла на отца. А может, просто был человеком добрым и умеющим прощать – по крайней мере, сознательного зла он никому в жизни не причинил. Кроме одного случая, который чуть не погубил карьеру живописца, поставив его в положение изгоя общества. Если бы не Юлия Самойлова, все пропало бы, и Брюллов просто умер бы от отчаяния и клеветы; впрочем, об этом речь впереди, вернемся к свадьбе. Жених-художник был мрачен; он «неприлично подгонял пастора», чтобы то побыстрее

закончил со свадебным обрядом. И не смотрел на юную прелестную невесту, которая была бледна и задумчива, в точности как девушка на картине «Неравный брак». Горстка гостей недоуменно переглядывалась в полумраке церкви – что случилось? Почему вместо пышной свадьбы такой короткий обряд? И свадебного обеда не будет; Брюллов даже ростбифа не заказал! Хотя так недавно он был восторжен, весел, строил планы и довольно сально шутил про свою невесту Эмилию, называя ее «мой идеальчик»: этот, мол, идеальчик поскорее был под одеяльчик! Сорокалетний сластолюбец, хорошо поживший и покутивший, просто дрожал от нетерпения, стараясь приблизить день свадьбы. И изображал прелестную невесту на своих картинах, восхищаясь ее красотой и целомудрием. Эмилия была дочерью рижского бургомистра, человека богатого и образованного. И дочери своей бургомистр дал блестящее образование – он учил ее лично. А уроки музыки Эмилия брала у лучших музыкантов по выбору отца; и сама в шестнадцать лет дала первый урок. Ее первым учеником был мальчик Антоша Рубинштейн, в будущем – великий композитор. Эмилия была прекрасна, богата, образована, талантлива; но отец ее, бургомистр, согласился на ее брак с немолодым живописцем Брюлловым. Человеком известным, богатым, признанным талантом, — но никакой необходимости в этом браке не было. И можно было подождать – вдруг Эмилии встретится любовь, более подходящий для нее по возрасту, характеру, имущественному положению человек? Однако предложение живописца было быстро принято, согласие невесты получено, благословение отца тоже – и вот идет свадьба. На которой жених мрачен и раздражен. А невеста печальна и бледна. Потому что они знают в душе: трагедия не за горами. И возлюбленный Эмилии рядом, но это вовсе не Брюллов…

«Все не так, как кажется», вот о чем не следует забывать. И не следует моментально делать умозаключения из того, что мы видим: немолодой любитель женщин и вина женится на молоденькой девочке. Да еще свирепо торопит пастора, мол, заканчивай поскорее весь это балаган! Неприятная тайна стала известна Брюллову перед самой свадьбой: невеста не невинна. Есть кое-какой опыт интимных отношений. И все эти возвышенные добродетельные образы, в которых ее изображал художник – мало походят на истинный потрет Эмилии Тимм. С горькой правдой Брюллов кое-как смирился; в самом деле, не отменять же свадьбу. Но некоторое прозрение наступило; Эмилия не так проста и целомудренна, как казалось. Не такой уж это «идеальчик»… Но имени любовника девушка не открыла жениху, только смотрела кротко и задумчиво в глаза, да лила слезы… Ужасное предчувствие поселилось в душе живописца. Он собирался на свадьбу в тяжелых раздумьях; взгляд его упал на одну из картин. И Карл сказал брату; мол, сама картина пророчит мне недоброе! Сама картина предостерегает меня от рокового

шага! Но шаг было необходимо сделать: венчание начинается. И начинается семейная жизнь, в которой надо постараться все исправить и наладить, простить и забыть. В конце концов, Эмилии всего восемнадцать, кто не совершал ошибок в этом возрасте, кто не поддавался соблазанам? Сам Карл поддавался, да еще как! Так много влюбленных красавиц перебывало в его объятьях, и в России, и в Италии. Он быстро проявил свой талант, стал знаменитым живописцем, любимцем общества. За его картину император пожаловал Брюллову алмазный перстень, выразив восхищение. И портреты Брюллов писал только тогда, когда его привлекала «натура», Объект казался интересным и достойным изображения; — прославленный живописец мог себе это позволить. Завистливые речи утонули в шуме оваций и восхвалений, а дамы с первого взгляда были готовы упасть в объятия красавца-художника. Он был красив; вылитый Аполлон! — так говорили все, и никого не смущало, что Аполлона живьем никто не видел. Но вот же, достаточно на Брюллова посмотреть. Кудри, страстный взгляд, правильные черты лица – Брюллов действительно был очень красив. И необычайно хороша собой была графиня Юлия Самойлова, с которой он встретился на балу – и пропал. Эта загадочная, баснословно богатая молодая дама тоже полюбила художника. Она была разведена, свободна, богата и прекрасна. И главное, между художником и Юлией возникло полное душевное понимание. Та самая истинная любовь, которая объединяет не только тела, но и души. Но Юлия не хотела брака, она ценила свою свободу так же высоко, как и любовь. И признавалась в любви «бесценному Брюллошке», и крутила романы направо и налево, не стесняясь мнением общества. И Карла побуждала рассказывать о его увлечениях: почему бы и нет? Свобода отношений и любовь могут прекрасно уживаться в сердце! Брюллов страдал и мучился, ему нелегко было делить возлюбленную с другими; и он писал ее портреты, запечатлевал прекрасный образ в своих картинах… Но Юлия была совершенно права: Карл и сам был натурой увлекающейся, страстной. Графиня уже пережила измену мужа – через месяц после свадьбы. И понимала, что измены и увлечения могут произойти когда угодно и с кем угодно; лучше держать дистанцию и сохранять свободу… Она любила Карла, эта великолепная красавица и богачка. И много сделала для его возвышения на Олимп, устраивая его картины в лучшие галереи, щедро оплачивая счета, создавая нужные знакомства и связи. А Брюллов писал и писал свою Юлию; сердце его безраздельно принадлежало ей. А увлечения – что же поделаешь, такова натура художника…И так длилось долго-долго, пока Брюллов не встретил нежную и невинную девушку Эмилию. И не задумал жениться – в самом деле, пора! Сорок лет – тот возраст, когда хочется иметь семью, детей, уют и собственный дом… …«Брюллов избил молодую жену, выгнал ее на холодную улицу в одной сорочке, и

вырвал из ушей серьги вместе с мочками!», — вот что произошло через месяц после свадьбы. И вот о чем говорило с негодованием все петербургское общество. Вопиющая жестокость. Кроме того, Брюллов в пьяном виде ударил бутылкой по голове отца Эмилии, бургомистра Тимма. Это просто зверство какое-то! И с художником перестали общаться, здороваться, его картины выбросили из галерей, новых никто не заказывал – кому хочется иметь дело с таким зверем? Старик с картины «Неравный брак» показал свое истинное лицо! Разделался с кроткой юной женой! И отца избил, который попытался вмешаться – молодые жили в доме отца Эмили. Тесть очень настаивал на этом, он просто не мог представить себе жизни без любимой дочери, хотя у него были другие дети. Но настоял – и Карл с Эмилией переехали в дом бургомистра. Где тайна и раскрылась – стало известно имя любовника Эмили. Это был ее собственный отец! В постели с отцом и застал живописец свою жену… Что произошло в этот момент – трудно сказать; возможно, аффект и случился, удивляться особо нечему. Скандал произошел; но этот скандал был срежиссирован умело. Теперь бедная жертва Эмилия осталась с отцом, это так понятно! Избитая, поруганная, униженная – она нашла защиту у своего папы. И вместе с папой в судебном порядке они потребовали у Брюллова пенсию для бывшей жены. Ей же надо было на что-то жить, униженной и опозоренной. И пенсию они вытребовали, кроме того, забрали себе бесценные картины Брюллова, которые остались в доме. А Брюллов даже рассказать толком не мог о происшедшем; сведения остались только в церковных кругах, где художнику моментально дали разрешение на развод. Дело неслыханное, ужасное, противоестественное, вот и дали без проволочек развод. Но как жить дальше – не пояснили. Оболганному, преданному, униженному, ограбленному, вынужденному до конца дней платить пенсию кроткой Эмили, жизнь которой впоследствии сложилась вполне благополучно. А страстный папа превратился в доброго дедушку для ее детей – у нее были дети в новом браке. У Брюллова детей не было. И почти ничего уже не было; он жил у своего друга, скульптора Клодта. Тот был в курсе ситуации, но ничем нельзя было переломить отношение общества к Брюллову; не все можно рассказывать, есть вещи гнусные настолько, что о них и говорить не стоит. Пусть лучше думают, что мерзкий пьяница Брюллов напал на невинную жену и ее папу. И остался незаконченный рисунок того времени: «Невинность покидает землю» — удаляется и исчезает фигура юной девушки на фоне пьющих бражников и распутников… Спасла Брюллова его вечная возлюбленная Юлия Самойлова. Она приехала в Петербург, приняла самое деятельное участие в восстановлении репутации Карла, потратила огромные деньги, чтобы его картины снова выставлялись, использовала все свои связи при дворе… Заставила прислугу навести порядок в доме, а сама ездила с

Брюлловым на прогулки; они все говорили и говорили, и не могли наговориться… Но и быть вместе они тоже не могли, так бывает. И Юлия, уладив все дела, обняла и поцеловала Карла. И умчалась снова; больше они не увиделись, по крайней мере, в земной жизни, которой не так уж много оставалось художнику…А Юлия пережила возлюбленного почти на четверть века; к концу жизни от громадного ее состояния ничего не осталось. Остались только картины Брюллова, которые она не брала в подарок – покупала тайно. И с этими картинами она не рассталась даже в бедной старости. Люди уходят, картины остаются. И не всегда можно понять смысл картины с первого взгляда – все не так, как кажется»…

© Анна Кирьянова